Лиза окинула взглядом комнату – да, Макс быстро…

Лиза окинула взглядом комнату – да, Макс быстро встал на ноги.

Дорогая аппаратура, новейший компьютер, вещи из дорогих магазинов, за тонированными окнами которых вольготно прохаживаются молодые, знающие себе, а главное, посетителям цену продавщицы или, пардон, консультанты, как они себя называют. Лиза не любила ходить по таким магазинам, и не столько потому, что не хватало денег, сколько от какого-то чувства униженности перед этим непонятным временем, так бесцеремонно ворвавшимся в ее налаженную, в общем-то, устроенную жизнь.


Она вспомнила, как однажды заинтригованная броской рекламой решила зайти в только что отстроенный павильон в центре города. Оказавшись внутри, она прошлась между сводными рядами, но, рассмотрев, а главное, осознав цены на (броские блузки, она с чувством неловкости за свое высшее образование быстро ретировалась, прожигаемая пристальным добрым взглядом девицы, подпирающей витрину, который начал только одно – «вы зашли сюда по ошибке, дамочка». И только на улице, восстановив собственное уважение, Лиза перевела дух. «Сумасшедшая, – подумала она, – ты напоминаешь сварливую старуху, которая брюзжит на окружающие людские игры от бессилия в них участвовать. Наверное, так и должно быть: меняются времена, меняются взгляды и потребности. Неуверенность стала образом жизни многих людей, пытающихся принять это время, только вот время их не принимает, скупо позволяя стоять на обочине, где рядом с начитанным интеллигентом, пытающимся приспособить свой талант, ненавязчиво предлагая его в использование в надежде на призрачный доход, больше смахиваемый на милостыню, стоит юная девушка, которая уверенно торгует своей честью, получая за это реальные деньги и, глядя на голодного а, значит, бесправного соседа, уверена, что поступает правильно».