– Но если мне не изменяет память, в кафе вы собираетесь…

– Но если мне не изменяет память, в кафе вы собираетесь после шести.

– Да, но там надо кое-что приготовить, в общем, помочь.

Парень поднялся, не в силах выдержать пристальный

взгляд матери.

– Все-таки сиреневый топик был бы путем, – Дана прогнула спину, пытаясь справиться с застежкой бюстгальтера.


На ней были только розовые бермуды, красиво повторяющие плавную линию ее чуть полноватых девичьих бедер. Бросив очередную кофточку на стул, она вопросительно посмотрела на подруг. Карина сидела на диване, поджав под себя ногу, и красила ногти. Она без особого интереса посмотрела на Дану и пожала плечами. Так и не дождавшись вразумительного совета, та, перешагнув через разбросанную повсюду одежду, прошмыгнула между стульями и направилась в ванную.

– Ты чего такая? – Карина повернула голову.

Жанна смотрела на нее своими чуть раскосыми, лишенными привлекательности глазами, в которых читалось искреннее участие.

Карина молчала – рядом с Жанкой она могла позволить себе такую грубость: та была советчиком и своеобразной «жилеткой», куда можно было поплакаться о своих любовных переживаниях, ведь у самой девушки не было никаких лирических волнений. Как считали ее подруги, она была девочкой «не в тему», но при этом обладала потрясающим чувством юмора и своими уверенными суждениями поддерживала вечно ноющих девчонок.

– Жанка, – Карина подвинулась ближе, – он сегодня придет.

– Кто? – Жанна загладила черные, как смоль, волосы за ухо.

– Ну, кто, – девушка нервничала, поглядывая на дверь,

– Азамат.

– Вот еще явление народу! – отрезала Жанна. – Данка знает?

Карина отрицательно покачала головой.

– Никто не знает.

– Отморозок твой Азамат, – последовал довольно прямой ответ.

– Если бы ты открыла свои глаза, то давно уже разобралась, что он просто мажется под крутого. Зачем ты позвала его именно сегодня?