Сания фыркнула

Сания фыркнула.

– Да он бы в твою сторону и не посмотрел.

– В твою бы посмотрел, – огрызнулась та и прислонилась спиной к двери.

– Девчонки, не ссорьтесь! – вступила в разговор их спутница с огромными, по-детски очаровательными темными глазами. — У вас только секс на уме. Они взрослые люди и сами разберутся.


– Вот если бы и мои разбежались, – мечтательно проговорила Сания, – а то достали своими принципами. Везучая ты, Карина. Мать, небось, и указывать теперь не смеет.

– А как же чувства? – темноглазая девушка задумчиво смотрела перед собой.

– Чувства? – Сания цинично рассмеялась. – Не тормози! Ты что, сериалов насмотрелась?

– Оставь ее! – Карина поморщилась, ее раздражала эта бестолковая трескотня откормленных девиц.

Дверь неожиданно раскрылась, и в тесное помещение ввалилась запыхавшаяся Жанка. Она поправляла на ходу съехавшую набок юбку.

– Вот ты где! – она не удостоила взглядом стоящих рядом девиц, словно их здесь и не было. – Кайф! – наклонившись, девушка заглянула подруге прямо в глаза. – Но эта лоханка меня достала – тупая коза. Что, у вас все такие недалекие кадры на курсе?

– Ладно, мы ждем тебя, – Сания смерила дерзкую дурнушку презрительным взглядом, но связываться с ней не стала. Она пропустила вперед подруг и скрылась за дверью.

– Когда-нибудь они набьют тебе морду, – Карина оперлась спиной о голубой прохладный кафель и посмотрела на Жанку, радуясь в душе, что избавилась от назойливых сокурсниц.

– Ну вот, давно бы так, – Жанка вдруг стала серьезной, и Карина почувствовала, что сейчас разговор коснется самого неприятного.

– Он тебя любит… – Жанна ждала ответной реакции, но ее подруга молчала. – Неужели ты ничего к нему не чувствуешь?

Карина медлила с ответом. Как объяснить кому-то свои чувства, если сама не можешь в них разобраться. Даник всегда был рядом с ней. Она привыкла к мысли, что он существует в ее жизни. Это, как солнечное утро, которое неизменно наступает, чтобы согреть тебя своим теплом, и ты нежишься под его живительными лучами и живешь, принимая этот дар и не задумываясь об его источнике, пока небо не заволокут тяжелые серые тучи, когда непривычный холодок сковывает тебя одиночеством и весь мир кажется таким неприветливым и чужим, и тогда ты поднимаешь глаза вверх в надежде вновь обрести тепло. Так и Даник: он согревает ее душу, а сам остается в тени.