– Замолчи! – Лиза заткнула уши и замотала…

– Замолчи! – Лиза заткнула уши и замотала головой.

– Не буду молчать! В сорок лет вас бросают мужья, и вы начинаете мстить за свою поруганную любовь, за годы, прожитые во лжи, а когда читаете нам мораль, надеваете маску благополучия. Воспитываете правильно, как положено, а потом выбрасываете нас в эту взрослую жизнь, где все поставлено с ног на голову. Посмотри вокруг, ты что, слепая? Чиновник крадет и тут же оправдывает себя тем, что другой на его месте украл бы в два раза больше – такова жизнь, говорите вы в свое оправдание. Мент злоупотребляет своими правами и оправдывает себя тем, что не он узаконил вымогательство – такова жизнь, говорите вы, надо как-то выживать. Как-то…


Лиза смотрела на дочь и не узнавала ее.

– Ты сломала мне жизнь, – женщина тихо опустилась на стул.

– Нет, это вы ломаете нашу психику, говорите одно, а делаете совсем другое! – Карина тоже сбавила тон.

– Да пойми ты, никто не виноват, бывают ситуации, когда по другому нельзя, – Лиза заламывала руки от отчаяния. – Ты еще очень молода и не можешь судить о таких вещах.

– Ложь, все ложь! – Карина схватила сумку.

В это время позвонил телефон.

– Да, – Лиза сразу узнала голос Аскара и тревожно посмотрела на дочь, не зная, как вести при ней разговор, но потом ее взгляд вдруг потускнел и она, так ничего и не сказав, закрыла телефон. Женщина не отводила взгляд от девушки, которая стояла уже на пороге комнаты.

– Ты убила ее… – Лиза не шевелилась.

Карина немного помедлила, затем повернулась и вышла из комнаты.

Громко играла музыка. В помещении было тесно от ночной публики. Дым стоял столбом. Молодежь, разогретая алкоголем, отрывалась вовсю.

Карина сидела за высокой стойкой и смотрела, как молодой бармен, больше похожий на медбрата, чем на работника подобного заведения, ловко орудует хрупкими бокалами. Словно жонглер, он доставал их из ниоткуда и, на ходу протирая чистыми салфетками, наполнял прозрачную тару разноцветными напитками.